В 10 часов 25 июля 2018 года я была в Любиме. А в 13 мы были уже на кладбище. Путь шёл через траву с наш рост, по мостику через речку Руша.
Когда над деревьями появилась верхушка разрушенной колокольни, я ощутила волнение, трепет, слёзы накатились. Мои гостеприимные хозяева, сопровождающие меня, отправились к своим могилам. А я пошла искать свои.
Единственное, что я знала о месте захоронения дедушки, это то, что рядом лежит плоский камень и примерное расположение относительно церкви. Никаких других координат не было. Дедушка был похоронен в 1947 году. Бедность была такой, что даже памятник поставить не было средств.
Далеко идти не пришлось — камень я увидела почти сразу. Рядом — холмик. Но всё заросло. Я разрыдалась: «Дедушка, я тебя нашла». То были слёзы радости и горести одновременно. Я плакала о том, что наконец-то сделала то, что давно хотела; о том, что за 70 лет после смерти дедушки о его могиле никто не знал и не ухаживал; о том, что в результате могила затерялась. Это было особенно больно на фоне ухоженных могил, которых не мало на этом заброшенном кладбище.
Проплакавшись, ободрала траву с помощью моих сопровождающих. Собрали и поставили табличку. За неё огромное спасибо моему супругу: с большой заботой он изготовил деревянную основу, упаковал саморезы и приготовил отвёрточку.
И тут Наташа обратила внимание, что все могилы направлены в одну сторону, а мы поставили поперёк. Развернули.
Я позвонила маме и, цепляясь за слабый сигнал Билайн, выуживала из её памяти мельчайшие детали.
Обустроив могилу дедушки, мы отправились искать могилу Лидии. И снова несколько звонков маме, чтобы найти зацепки для поиска.
Мы уже отчаялись найти безымянный крест на могиле Лидии. И тут мама вспомнила, что рядом была могила соседки — ровесницы её мамы. Начали искать среди зарослей эту могилу. Всё таки именную найти легче, чем безымянную.
И вот моя спутница кричит, что нашла могилу этой женщины, а рядом стоит, как и описывала мама, металлический крест с завитушками. В это время я обустраивала могилу дедушки цветами. И тут вижу, на руку мне села бабочка. Аж мурашки пробежали: знак. Это душа Лидии мне сообщила: вы нашли мою могилу. Сверились: фамилии, имена похороненных совпадают, мама их знала. Значит этот крест действительно стоит на могиле тётушки Лиды.
Но тогда получалось, что тот камень, который мы приняли за ориентир рядом с могилой дедушки, не тот камень. Ведь известно, что дедушка и тётя похоронены недалеко друг от друга. И в этот момент Наташа сообщает, что за оградкой могилы соседки из земли торчит плоский камень.
И снова звонок маме. Описываю ситуацию, ориентиры. Мама подтверждает, это тот камень. Наконец-то мы точно его нашли. Перенесла табличку и цветы.В итоге могила оказалась в естественной оградке: вокруг огороженные могилы, куст сирени и огромный камень, лежащий рядом. Тень огромных деревьев создаёт ту полумрачность кладбищ, которая подчёркивает покой и ощущение вечности.
Я всё сделала. Я нашла могилы, установила табличку, поговорила с каждым: дедушкой Иваном, тётей Лидой, тётей Фаей и дядей Валерой. Я запечатлела дорогие могилы на фото и в сердце.
На обратном пути мы заехали в родную деревню мамы — Пальцево, вернее, то, что от неё осталось. Об этом маленькое видео.
На следующее утро я сходила в церковь, поставила свечки, заказала поминание. Я посетила своих двоюродных тётю и дядю, которым за 80. И в обратный путь.
Сейчас я дома. Город Любим вызвал у меня ощущение исконной русскости, покоя, размеренности, отсутствия суеты. И, самое главное, я почувствовала, что приобщилась к чему-то гораздо бОльшему, чем я сама. Это — и многовековая история, и осознание и чувство родины.